Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

Медведев между демократией и тандемократией

Опубликовано 30.08.2013

Прошел ровно год с момента появления статьи Дмитрия Медведева «Россия, вперед!». За это время, прямо скажем, в Россия вперед несильно продвинулась. В годовщину этого события предлагаем вашему вниманию  письмо и предисловие к нему написаное профессором кафедры экономической теории Башкирского ГАУ, д.э.н. Вилом Касимовичем Нусратуллиным.

Уважаемая редакция!

В свое время (26 сентября 2009 г.) я посылал Д.А.Медведеву электронное письмо в рамках обсуждения его обращения к народу России под названием «Вперед Россия» (10 сентября 2009 г., http://www.kremlin.ru/news/5413). В ответе кремлевской администрации было указано, что мои пожелания будут учтены при составлении президентского послания. Отсюда для меня следует вывод, что мой материал в определенной степени оказался полезным руководителям нашего государства, чем я безусловно удовлетворен.

Сегодня у нас в республике работает новый президент, которому, очевидно, также необходимы определенные пожелания, критические замечания, советы, направленные на улучшение положения дел. Поскольку проблемы, поднятые в статье Дмитрия Анатольевича, остаются актуальными до сих пор, соответственно актуальным остается и их обсуждение.

В свете этого, на мой взгляд, мое прошлогоднее письмо сегодня также не потеряло своей актуальности. В связи с этим я направляю его Вам для возможной публикации в Вашей электронной газете без каких-либо исправлений или добавлений и соответственно с единственным желанием, помочь руководителям нашей республики в их успешной работе на благо нашего населения.

С уважением, В.К.Нусратуллин

23 августа 2010 г.

*******************

Уважаемый Дмитрий Анатольевич!

С интересом прочитал Вашу статью от 10 сентября 2009 года в Вашем блоге, хотя и с некоторым запозданием, поскольку в настоящее время профессор вуза подвержен (впрочем как и представители других отраслей и специальностей в нашей стране с рыночной экономикой), жесточайшей эксплуатации, несравнимой с условиями и тягостью труда, которые существовали при социализме. Шутка ли сказать, что профессор кафедры экономической теории (прежде политэкономии), кроме научной, научно-организационной, учебно-методической, воспитательной, общественной и других работ, должен ежегодно выполнять годовую учебную нагрузку в 900 часов (прежде профессор кафедры политэкономии работал в пределах 600–650 часов), не говоря уж о зарплате. Трудности распределения нагрузки и ее выполнения вполне понятны: дефицит ассистентов, поскольку на ассистентскую зарплату днем с огнем желающих не отыщешь. Вот и приходится профессорам проводить свое время за повторением пройденного студентами материала. Но не в этом состоит предмет разговора. Это попутное замечание.

Очень рад, что Вы обращаетесь ко всем гражданам России для вовлечения их в обсуждение насущных проблем, стоящих перед нашей страной. И в рамках ответного позыва хочу высказать некоторые свои искренние соображения.

Понятно, что не все Ваши высказывания достаточно объективны, поскольку (тем более) Вы, также как и мы все – граждане Вашей страны – являемся жертвами обстоятельств, которые не позволяют (особенно) Вам говорить обо всем открыто. Но, тем не менее, трудно согласиться с некоторыми Вашими оценками отдельных аспектов нынешней ситуации в сравнении с теми, которые существовали прежде – при социализме. Поскольку я родился в 1946 г. и испытал перипетии жизни и «там», и ныне – «здесь», вплоть до настоящего момента в 2009 г. (кстати, попутно замечу, что в 2010 г. мы еще не вступаем во второе десятилетие нового века, а лишь завершаем первое десятилетие), то у меня есть возможность объективного сравнения.

Во-первых, не мы, то есть народ, превратили Россию в страну с «примитивной сырьевой экономикой, хронической коррупцией», вымирающей нацией и т.д. Ее превратили в таковую наши лидеры, одиозность которых сейчас не время обсуждать. Следовательно, Вы, как преемник нынешней перестроечной власти, и должны ответить на поставленный Вами же вопрос и решать ее. А мы – народ – будем оказывать Вам в этом отношении безусловную поддержку.

Если Вам будут препятствовать в этом отношении, то понятно, что препятствующие – это не народ в общепринятом смысле, а как раз субъекты указанных Вами негативов.

Поэтому «богу богово, а кесарю кесарево». Вам, в первую очередь, решать провозглашенные Вами задачи искоренения указанных общественных болезней. У рядовых граждан России такие возможности отняты.

Конечно, если Вы со словом «мы» обращаетесь не к народу в общепринятом смысле, а к представителям нынешней российской элиты, то тогда понятно, что и кого Вы имеете в виду. Но при таком обращении в 30-е годы прошлого столетия американский президент Ф.Рузвельт как котят за шкирку схватил свою элиту и заставил правильно оценить ею возникшую революционную ситуацию и «в поте лица» работать в направлении выхода из кризиса. Сегодня, к сожалению, такого в России мы не наблюдаем. Все потуги правительства заканчиваются по возникшей в годы перестройки традиции: «Хотели как лучше, а получилось как всегда».

Во-вторых, не было у советской экономики «тяжелого порока» игнорировать потребности человека. Этот порок появился в годы перестройки. Это Вас кто-то намеренно вводит в заблуждение. Если иметь в виду нормальные физиологические и духовные потребности человека, то они при социализме удовлетворялись, конечно, не по меркам современной российской элиты, но в полной мере.

Что я имею в виду? Это, в первую очередь, потребность в труде и, следовательно, в доходах для удовлетворения выше указанных конечных потребностей. Сегодня далеко не каждый имеет рабочее место и далеко не каждый получает от этого достаточное (хоты бы по средним меркам) духовное и материальное удовлетворение.

Я имею в виду общественные фонды потребления, которые при социализме работали в полной мере. Напоминаю, что на их основе полноценно (что, не говорит об отсутствии определенных недостатков, которые принято сегодня раздувать до чудовищных размеров) функционировали: бесплатное образование, бесплатное здравоохранение, бесплатное санаторно-курортное лечение, бесплатное предоставление жилища и многое другое, что осуществлялось бесплатно или за минимальную плату. Теперь же сплошь и рядом люди поставлены в такие условия, что они не могут обеспечить себя достаточными доходами не только для воспроизводства средних условий жизнедеятельности, но и зачастую даже для еды и оплаты коммунальных услуг. В то же время институциированы энергичные структуры судебных приставов, коммерческих организаций вначале по провоцированию, а потом по выбиванию долгов. Не редки случаи, когда человек не по своей воле попадает в условия, когда у него остается единственная альтернатива – суицид. И так далее. Всего не перечислишь.

В-третьих, даже если не обсуждать суровые природно-климатические условия, громадную протяженность территорий и т.п., недостаточные «энергоэффективность», «производительность труда» в настоящее время, когда экономика освободилась от той «социалки», которую тянула на себе при социализме, есть следствие ее низкой инновационности, которая есть прямое следствие недофинансирования, не позволяющее в полной мере открыть шлюз подпитки экономики инвестиционными ресурсами.

В свою очередь, если оставить без обсуждения текущие неконструктивные меры правительства в этом отношении, низкие инвестиции есть результат неконтролируемой утечки капитала из страны на протяжении всех перестроечных лет. Если по этому поводу не принято брать в пример опыт советского государства, то стоит напомнить долговременные действия царского правительства дореволюционной России.

Дооктябрьское российское правительство жестко контролировало ситуацию использования ресурсов, в том числе прибыли, в интересах страны. Именно поэтому «мощный государственный сектор дооктябрьской России охватывал, кроме традиционно казенных отраслей, как почта, телеграф, транспорт, оборонная промышленность и т.п., также металлургию, горнорудное производство, нефтедобычу, сельскохозяйственное производство, что вызывало недовольство предпринимателей. В главной отрасли российской экономики – сельском хозяйстве – казенными были в среднем 40% земельных угодий, а по отдельным губерниям, в частности в Вологодской и Архангельской, – до 85–99%» (Раку Ю.И. Из истории предпринимательства // Предприниматель. – 1992. – № 1–2. – С. 59.).

И результат такой национально-ориентированной протекционистской, (можно добавить – контрлиберальной) политики был налицо: «Зарубежная деятельность российского предпринимательства чаще всего сводилась к экспорту товаров, который резко преобладал над вывозом капитала ... В Западную Европу российские предприниматели вывозили преимущественно сырьевые товары, а также продовольствие: лес, лен, кожу, яйца, хлеб. В восточные страны – промышленные товары, главным образом хлопчатобумажную ткань, шерсть, нефтепродукты, марганцевую руду, стекло, металлические изделия. Экспорт же капитала не практиковался отечественными предпринимателями в сколько-нибудь широких масштабах. Они вывозили свой капитал в основном в страны Востока. Особенно значительные капиталовложения были помещены в Китае и Маньчжурии – 750 млн. руб. Напротив, иностранные предприниматели активно инвестировали свой капитал в нашу экономику, что играло существенную роль в развитии российской экономики. На начало 90-х годов /XIX века. – В.Н./ приходится период особо интенсивного прилива иностранного капитала. Эти капиталовложения составляли более трети всех капвложений в российские ценные бумаги. Доля участия иностранных предпринимателей в российских акционерных обществах также возрастала довольно высокими темпами: в 1893 г. она составляла 23%, в 1900 – 35, в 1908 – 40%. Иностранные предприниматели вкладывали свой капитал преимущественно (3/5 от общей суммы) в три отрасли российской промышленности горную, металлургическую и металлообрабатывающую. В горной промышленности, к слову, удельный вес зарубежного капитала уже в 1890 г. превышал вклады отечественных предпринимателей, а к концу ХIХ в. составлял вообще 70%» (Раку Ю.И. Из истории предпринимательства … – С. 61.).

То есть, несмотря на то, что норма национальной прибыли в странах Запада и США безусловно была выше нормы прибыли в России (об этом говорит хотя бы тот факт из цитируемого материала, что промышленные товары вывозились в основном в страны Востока, вследствие своей неконкурентоспособности в странах Запада), тем не менее меры государственного регулирования не выпускали отечественный капитал на западные рынки, ибо государственные чиновники скорее всего боялись, что этот капитал останется там «навсегда». Другое дело вывоз капитала на Восток. Государство не противилось этому, поскольку отечественный капитал сам не мог остаться там надолго из-за своей меньшей отдачи по сравнению с отдачей капитала в России.

И не удивительно, что государственным контролем за движением капитала было недовольно российское предпринимательство, однако же капитал работал во славу российского государства и преумножение его богатства.

Странно также, уважаемый Дмитрий Анатольевич, слышать от Вас слова «полусоветская социальная сфера» как отражение недостатка в обществе, который надо устранить. Как это понимать? Если социальное обеспечение и спокойствие граждан, существовавшее в советское время, пока отнято лишь наполовину, то стратегической задачей российского правительства остается отнять вторую половину?

Конечно, Дмитрий Анатольевич, никто не хочет сгущать краски. Однако поверьте люди хорошо представляют обстановку в стране, хотя родные СМИ ее стараются не показывать такой, какая она есть. Многие в поисках лучшей жизни «кочуют» по стране, многие заняты вахтовым методом работы, ездят по тому или иному поводу в соседние регионы. Люди видят многое и в силу своей способности размышлять делают выводы.

Например, такие, что на Кавказе идет незатухающая гражданская война, поскольку граждане России воюют друг против друга.

Дальний Восток и Восточная Сибирь исподволь оккупируются китайцами и для экспансии российских территорий не хватает последнего штриха – перехода многомиллионных китайских войск через российские границы. На повестке дня стоит вопрос: как далеко продвинутся китайцы и как они отнесутся к коренному населению. Лучше или хуже, чем немцы на оккупированных территориях в годы Великой Отечественной войны. У богатых в случае чего зафрахтованы самолеты на Запад, а что будем делать мы? И т.д. Вопросов безответных к нынешнему правительству много. Но, главный из них: стоит ли их задавать? Поскольку народ сегодня как чукча: «Тайга шумит, а внизу тихо, тихо».

Теперь немного о социальных недугах, которые Вы отметили:

1. «Вековая экономическая отсталость». Не вековая она. В лучшие годы советской власти наша страна по многим экономическим и социальным позициям зачастую занимала положение в первой пятерке, и даже в первой тройке стран мира. Какие она позиции занимает сейчас?

2. «Вековая коррупция». Тоже не вековая она. Вплоть до перестройки основные управленческие структуры в средних и низовых звеньях были наполнены, если не утверждать, что абсолютно бескорыстными, то можно, хотя бы сказать, – добросовестными, исполнительными и честными людьми. А то, что коррупцией была заражена Москва, это еще не говорит о зараженности ею всей страны.

3. «Зараженность патерналистскими настроениями». Власть денег хороша для тех, кто их имеет. Но, поскольку большая половина населения их не имеет (живет от зарплаты до зарплаты), то было бы хорошо, если кто-то защитит ее (лучше государство) от бесчинств этой власти.

Если говорить о модернизациях и уничтожении миллионов людей, то многие люди лично ко мне обращаются с вопросом: «Почему же в советской стране при систематическом уничтожении людей население за 70 лет советской власти выросло вдвое, а в перестроечные годы, когда никто никого не уничтожает, оно сократилось почти на десять процентов».

Я сам удивился и решил посмотреть справочник. Действительно, в год образования СССР (1922 г.) население страны составляло 136,1 млн. чел., а в 1986 г. – уже 278,8 млн. чел.1 Это не считая погибших в годы Великой Отечественной войны, когда за гибель людей уж никак нельзя винить советскую власть.

И еще, спрашивают: «Зачем нам и далее идти по демократическому пути? Ведь у элиты нашего общества – олигархии и государственной бюрократии – демократии и так через край. Они не ограничены в доходах, в своем избирательном праве выбирать, что угодно и кого угодно. И вообще, что хотят, то и делают без всякого ущемления своих практически беспредельных демократических прав».

Честно говоря, я теряюсь и толком ничего не могу ответить, поскольку людям трудно доказать что-либо другое, когда для широких слоев населения как не было никакой демократии, так ее и нет, и вряд ли когда-либо будет.

Что касается пяти стратегических векторов экономической модернизации страны, то многие люди в них верят. Но говорят, если удастся прожить в своей стране, а вдруг ее название будет другим, например, таким как: «Северные китайско-японские демократические провинции (СК-ЯДП)».

А приоритеты в отношении сельского хозяйства действительно надо сохранить, ведь оно еще (уму непостижимо как) функционирует.

Но …, как Вы говорите, «не стоит, конечно, сгущать краски». Однако взгляд пессимиста на поднятые Вами проблемы налицо. В то же время взгляды взглядами, а дело делом. И мы – армия пессимистов, также, как и они – армия оптимистов, будем поддерживать с не менее достойным упорством Вас в Ваших великих начинаниях!

 

Профессор кафедры

экономической теории Башкирского ГАУ,

д.э.н. В.К.Нусратуллин

26 сентября 2009 г.